ella_lutio (ella_lutio) wrote,
ella_lutio
ella_lutio

Новый герой в фильме "Духлесс"

Оригинал взят у evo_lutio в Новый герой в фильме "Духлесс"
Хочу написать еще про фильм «Духлесс». Я сначала посмотрела «Духлесс-2» (недавно), а потом уже просто «Духлесс», чтобы дополнить представление.

Говорить я хочу, само собой, не на тему государственной коррупции, об этом и без меня есть кому. И на тему художественных достоинств фильма я говорить не буду, там ничего особенного.

Я предлагаю обсудить образ главного героя.





На мой взгляд, этот образ - шаг к очень интересным изменениям в гендерной тематике, и я постараюсь сейчас этот свой взгляд описать.

Стандартный гендерный шаблон все знают. Он (шаблон) патриархальный, то есть мужчина=отец. Это значит, что даже юный и бесшабашный герой-любовник немножечко своей даме папаша. И даже если не совсем прямо папик, все равно опекун, защитник, кормилец и так далее. А она, соответственно, слабая, нежная, прекрасная, но чуть-чуть инфантильная, не бой-баба, ни в коем случае не мамаша ему, но и не боевая подруга. Она должна быть именно немножко дочкой, по типу своему, слегка девочкой или даже не слегка. Поэтому гневно ополчаться на тех, кто защищает любителей девочек-подростков, достаточно бесполезно. Это пока стандарт такой, гендерный. Ответственным мужчинам понятно, что до 18 лет нельзя, но сам по себе сексапильный образ девушка приобретает уже в 15, потому что в фаворе – женщина-дитя.

Этот гендерный шаблон не хорош, но и не исключительно плох, точнее были у него свои плюсы, были минусы, нельзя думать, что он только ради людоедства создан. Его никто специально не создавал, он сам сложился в силу определенных социально-культурных условий, в первую очередь - экономических. Но условия меняются, меняется и шаблон.

Причем, задолго до того, как этот шаблон меняется, он начинает там и сям тянуть и натирать. Тесен становится в некоторых местах, а в некоторых, наоборот, собирается складками. И поэтому шаблон начинает вызывать много нареканий. Например, возмущаются женщины, что их после 30 считают уже староватыми, приходится изо всех сил изображать девочек, хотя сексуальный расцвет у женщин приходится на возраст после 30, и срок жизни их дольше мужского, в среднем, лет на 10, то есть стареют женщины медленней мужчин, но из мейнстримного стандарта «дочки» и девочки-подростка вырастают очень быстро.

И мужчины многие начинают возмущаться, жаловаться и обзывать девушек ТП за образ глупеньких и молоденьких дочек и поиски папиков, вместо того, чтобы взрослеть, брать на себя ответственность, приобретать самостоятельность и т.д. Но взрослея и беря на себя ответственность, девушки теряют разные социальные бонусы, потому что перестают вмещаться в сексуальный стандарт, который до сих пор считался практически эталоном, то есть наиболее привлекательным женским образом.

То есть старое платье уже мало, а нового, подходящего, пока нет. Много было попыток создать новый женский привлекательный образ, но все не то. То боевая подруга романтизируется, бегает с автоматом и дерется ногами, поражает героя силой и дерзостью, но когда у нее с героем начинается любовь, она тут же превращается в его трепетную дочку, а он в ее мужественного, немного доминантного, хотя и нежного отца. Сколько бы ни было попыток сделать сильную женщину сексуально привлекательной на экране (а кино – это визуализация новых характеров, создание народных фетишей и кумиров, недаром В.И. Ленин его так ценил), сильная женщина оставалась сильной в какой-то своей параллельной жизни, а в совместном пространстве с героем все равно превращалась в его доченьку.

Секрет, на мой взгляд, заключался в том, что кинематографистам не удавалось или почти никак не удавалось создать привлекательный мужской образ совсем без отеческих черт. То есть, как только мужчина на экране не демонстрировал власть (добрую) и опеку над любимой женщиной, исчезал и его сексуальный шарм. Исчезали его черты защитника, пропадал образ кормильца, и оказывался такой мужчина не только бесполезен, но и непривлекателен. Мужественность испарялась. А любая попытка наполнить мужской образ привлекательной для женщин-зрительниц энергией приводила к тому, что он приобретал те самые черты защитника и кормильца. А кого защищать и кормить, если героиня не девочка и дочка? Попытка найти выход из этого лабиринта постоянно приводила обратно к Минотавру.

И вот в фильме «Духлесс», как мне кажется, наконец-то это получилось. Герой – не защитник, не кормилец, не опекун, не учитель, не руководитель женщины и совсем не ее папаша, даже наоборот. Он готов ее слушаться, внимать и даже учиться. Раньше такое поведение обеспечило бы провал образу героя-любовника, он утратил бы все мужественные черты. А теперь этот герой получился сексуально привлекательным, то есть не просто не отталкивающим, а очень привлекательным, привлекательней многих других, на сегодняшний день, возможно, это один из самых симпатичных мужских образов на экране. Это значит и удачу режиссера, и успех актера (это Данила Козловский), и его личное обаяние, конечно, но и то, что время пришло, и теперь для такого образа есть в пространстве энергия, которой раньше не было. Это магия кино: образ всегда создается из того материала, который уже есть, но и сам по себе, если сложился и ожил, становится предметом копирования и способствует увеличению подобного социального материала.

В первом «Духлессе» героиня мне, если честно, не нравится. Я не люблю воинственных анархистов и революционеров, я считаю их кем-то вроде преступников, среди них множество социопатов. То есть когда герой, открыв рот, смотрит на такую героиню и пытается у нее чему-то учиться, и воспринимает ее как старшую подругу, а она при этом еще более незрелая и мятущаяся личность, чем он сам, грустно. Но сама тенденция, что мужчина смотрит так на женщину, и выглядит при этом и мужественно, и привлекательно, и органично, это прорыв, на мой взгляд, в полном смысле слова.

Во втором фильме, героиня уже стала хорошей, социализировалась, организовала фонд, помогающий детям, то есть стала серьезной, правильной и сильной женщиной, типа Татьяны Лариной и теперь любовь к ней героя, чем-то похожего на апатичного Онегина в начале фильма (но симпатичней), а потом набирающего силы, выглядит очень гармонично. Но и в первом фильме эта любовь тоже выглядит хорошо.

Хочу задать вам вопрос, с помощью каких художественных приемов создателям фильма удалось перевернуть шаблон? Если вы, конечно, видели этот фильм и заметили, что гендерный шаблон именно что перевернулся.

Tags: Гендер, Кино
Subscribe

Buy for 500 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments